+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Как прекратить вырубку лесов 2019 год

Когда-то некрасовский мужичок с ноготок «в студеную зимнюю пору» вывозил из лесу всего лишь «хвороста воз». И отец его, рубивший дровишки в лесу, не вызывал нареканий у лесных органов. Хотя действия этой семьи можно было бы отнести к незаконной рубке и незаконной вывозке леса. С тех пор много воды утекло, машины и всяческие режущие инструменты кардинально увеличили производительность труда лесорубов. Теперь счет идет не на возы, а на миллионы кубометров. Хорошо, если бы денежные средства, вырученные за эти кубометры древесины, шли в государственный карман, а не в жадные руки людей, которые рубят лес незаконно. За последние десятилетия безнаказанность и отсутствие четких законов увеличили масштабы незаконных рубок леса в России многократно. Извечный русский вопрос остро стоит на повестке дня и у чиновников, и у правительства, и у общественных органов, представляющих интересы разных слоев населения.

Леса оказывают огромное воздействие на экологическое состояние природных комплексов. Лесной фонд России составляет 70% площади всех земель, а общий запас древесины достигает 76,3 млрд м 3 . Лесистость превышает показатели таких лесных стран, как Канада и Бразилия. Согласно существующему Лесному кодексу Российской Федерации лесной фонд отнесен к федеральной собственности.

В настоящее время лесное хозяйство России находится в стадии реформирования и создания нового Лесного кодекса, в результате чего может измениться форма собственности на леса, система государственного управления лесами, структура лесной службы и законодательная база лесного хозяйства. Все варианты Лесного кодекса подвергаются жесткой критике как со стороны лесопромышленников, так и со стороны работников лесного хозяйства, местных властей, природоохранных предприятий и широкой общественности. Одновременно с разработкой нового кодекса вносятся изменения в действующий кодекс. Хаотический характер всех этих процессов приводит к тому, что в мутной воде гораздо легче совершаются неправомерные действия со стороны лесозаготовителей. Если по новым положениям кодекса будет ликвидировано само понятие лесорубочного билета, на основании которого законность рубки может быть проверена непосредственно в лесу, то неизвестно, какая система отслеживания происхождения древесины придет на смену этим документам. Неизвестность порождает слухи, неуверенность в завтрашнем дне и нестабильность.

Для России Гражданские слушания или Гражданские конференции − пока не очень распространенное явление. Между тем, именно таким способом общественного волеизъявления решили воспользоваться Всемирный Союз Охраны Природы (МСОП − Представительство для стран СНГ) и Центр экспертиз «ЭКОМ» Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей.

21−23 февраля 2005 года в Санкт-Петербурге совместными усилиями этих организаций при финансовой поддержке посольства Великобритании были проведены Гражданские слушания по проблемам лесоуправления и противодействия незаконной заготовке древесины.

Слушания были призваны дать ответ, почему нелегальные рубки древесины в России приняли такой масштаб, и какие меры необходимо предпринять для их искоренения. Среди 21 членов жюри присутствовали люди из разных регионов России (Хабаровский, Красноярский край, Иркутская, Курганская, Воронежская, Вологодская, Архангельская, Мурманская области, республики Коми и Карелия, Санкт-Петербург, Москва). По специальности члены жюри являются и экологами, и врачами, и представителями лесных служб, и научными сотрудниками, и преподавателями, и океанологами, и юристами, членами общественных организаций ветеранов. Даже один писатель был. По возрастному цензу также разброс был достаточно большой − от 20-ти лет до пенсионного возраста. Не менее впечатляющим по разнообразию позиций и опыта был подбор экспертов, которые выступили перед участниками слушаний.

Профессор Санкт-Петербургского НИИ лесного хозяйства, Заслуженный лесовод России Игорь Шутов, выступающий в роли эксперта Гражданских слушаний, сделал доклад на тему «Дефекты лесной политики РФ». Игорь Васильевич − профессионал, много лет жизни отдавший лесному хозяйству, свидетель всяческих перипетий и безалаберности при освоении лесных богатств, с большой тревогой говорил о ситуации, в которой лесное хозяйство России пребывает уже с 1927 года. Тенденция рубить лес и отправлять его в круглом виде за границу процветает. Вместо этого необходимо у себя в стране строить новые комбинаты для глубокой переработки древесины и создавать новые рабочие места. В то же время хороший лес сам по себе не возобновляется или может быть возобновлен естественным путем, в лучшем случае, через 300−400 лет. Хороший лес надо выращивать, тогда он будет товаром, который можно продавать с выгодой. Раздача спелых насаждений в рубку губернаторами за символическую цену противоречит азам рационального ведения лесного хозяйства. Нужна политическая сила, которая была бы ориентирована на охранение и приумножение лесных богатств России. В Японии, США, Финляндии, Швеции есть министерства сельского и лесного хозяйства, а у нас лесное хозяйство входит в министерство природных ресурсов в одной строке с углем, нефтью и щебнем. Необходимо создание лесного департамента, состоящего из профессионалов.

Представитель Гринпис Алексей Ярошенко выразил озабоченность по поводу продолжающейся чехарды законов, перекрывающих друг друга при многовариантных положениях Лесного кодекса. Каждый год меняется финансирование лесной отрасли. Например, с внедрением ФЗ-199 (закона, вносящего поправки в действующее федеральное законодательство) изменилось положение с сельскими лесами − 40,5 млн гектаров лесов передано субъектам Федерации. При этом финансирование сельских лесов идет через федеральный бюджет из расчета 17 руб./га в год. Это составляет всего лишь десятую часть от потребности, в результате чего сельские леса становятся бесхозными, что приводит к увеличению объемов незаконных рубок. По количеству хищений сельские леса занимают первое место из-за хаотичной приватизации.

На тушение пожаров выделяется 500 млн руб. в год, что составляет 50 коп./га лесной площади, то есть в 3 раза меньше, чем нужно, а в пожароопасный сезон − в 20 раз меньше. Лесная охрана с 1 января 2000 года не существует. Все права переданы федеральным органам надзора. По всей стране штат органов надзора составляет всего лишь 3 тысячи человек. Ранее эта цифра достигала более чем 270 тысяч лесных обходчиков. Таким образом, российские леса стали практически неохраняемыми.

Если ранее передача леса в аренду осуществлялась через лесные конкурсы, то теперь это право перешло в ведение лесного агентства, более того, срок аренды увеличился с 49 до 99 лет. Последние пять лет разными способами убираются профессиональные лесные кадры, на смену им приходят люди, мало смыслящие в лесных делах, но готовые к соглашательству по любым вопросам. Ортодоксальная цифра по расчетной лесосеке в 510 млн м 3 древесины поддерживается нашими радикальными экономистами, хотя реально можно использовать не более 150 млн м 3 . Лоббирование завышенных объемов рубки вызвано тем, что половина ее идет без экологической экспертизы, а возраст рубок снижен с 140−150 лет до 70−80 лет, что приводит к истощительному лесопользованию.

Представитель Северо-Западной Академии госслужбы Дмитрий Афиногенов в докладе «Что такое государственная политика, как она создается и как работает» констатировал, что единственным легально закрепленным способом формирования государственной политики является ежегодное послание Президента РФ, обращённое к Правительству и Федеральному собранию. Поэтому итоговые документы Гражданских слушаний необходимо направить непосредственно к Президенту. Для устранения бесконтрольной вырубки леса необходимо ввести строго ограниченные квоты на объемы древесины, а лесная политика должна быть согласована с общегосударственной политикой.

Аналитик Конфедерации ЛПК Северо-Запада Ольга Ракитова констатировала, что незаконные рубки древесины ведутся без разрешительных документов, с нарушением действительных правил рубок и осуществляются на самовольно захваченном участке сверх положенного количества. Существуют разные пути поступления нелегальной древесины. Это и незаконные рубки, и похищенная древесина с законно оформленной лесосеки, и занижение или изменение объемов заготовленной древесины, и изменение сортности, и контрабанда древесины. Поистине безграничны ухищрения, которые предпринимают люди с целью обогащения! Между тем, в результате незаконных лесозаготовок экономический и экологический ущерб в России ежегодно составляет от 700 тысяч до 5 млрд рублей.

В Конфедерации ЛПК Северо-Запада считают, что особенно велика роль государства в предотвращении незаконных рубок леса. Для этого нужно иметь соответствующие эффективные статьи, прописанные в новом Лесном кодексе, и проводить постоянный мониторинг наблюдений за незаконными рубками из космоса. В настоящее время имеется небольшой опыт космических наблюдений в Приморском и Хабаровском краях. Этот опыт с успехом можно перенести и на другие регионы страны − из космоса видны такие подробности действий разного характера и передвижений в лесных угодьях, что, сопоставив космические наблюдения с наземными картами, можно легко выявить достаточно точно места незаконных рубок. Пока уповать на космос не приходится, и необходимы введение группового патрулирования за счет увеличения штата охраняемых лесов, разработка надежной системы маркировки древесины с унификацией измерения ее объемов. Необходимо проводить сертификацию лесов, придерживаясь международных норм.

Санкт-Петербургскую лесотехническую академию представлял экономист, профессор Владимир Петров. Он отметил, что лесные ресурсы легко доступны, а даровые богатства даны самой природой. Нелегальные рубки мешают лесному легальному бизнесу. На границе с Китаем весной, в период интенсивных нелегальных рубок цены на древесину снижаются и становятся демпинговыми. Частая смена лесного законодательства за последние десять лет сделало лесное хозяйство непредсказуемым. Слабое бюджетное финансирование лесхозов подталкивает к рубкам в собственных угодьях. При уменьшении бюджетного финансирования неизменно повышается объем хозрасчетных рубок. Образовался некий порочный круг, из которого будет очень трудно выбраться в ближайшие годы. При этом безнаказанность только порождает увеличение незаконных рубок. В результате в лесном хозяйстве России сложились несколько видов экономик: виртуальная (то, что считают «теоретики» лесозаготовок), реальная (где платят налоги) и криминогенная экономика. К сожалению, дела по незаконным рубкам практически не доходят до судов, а если и доходят, то ограничиваются незначительными штрафами.

Гражданское жюри заслушало обстоятельный доклад эксперта от правительства Ленинградской области Сергея Орлова «Обзор ситуации и правительственных инициатив в сфере предотвращения незаконных рубок». Он привел ряд цифр, из которых следует, что лесхозы лишены полномочий по охране леса. Так, по Ленинградской области лесным контролем занимаются всего лишь пять человек, что говорит само за себя. Перекладывать на плечи арендаторов охрану леса и лесовосстановление − нереально. Для полноценной работы в лесном хозяйстве должны быть созданы конкретные службы, которые смогут отвечать за незаконные рубки, за учет, перемещение древесины, и выработаны конкретные и реальные документы по незаконным рубкам.

Представитель МСОП Николай Шматков рассказал о прогнозах и степени влияния российских лесов на изменения климата. Как известно, леса являются «легкими планеты» и очень сильно влияют на баланс кислорода и углекислого газа в атмосфере. Концентрация углекислого газа в атмосфере значительно выросла за последнее столетие из-за возрастающих масштабов сжигания ископаемого топлива. Российские бореальные леса ежегодно подают в атмосферу до 8 млрд тонн кислорода и связывают сопоставимые объемы углекислого газа. Таким образом они могут значительно влиять на состав атмосферы в планетарном масштабе. Что же будет происходить, если леса эти хищнически вырубаются? Это не риторический вопрос, это вопрос выживания. Необходимо заставить правительство прислушаться к голосу общественности и внести изменения в Лесной кодекс, где должен присутствовать обязательный пункт об экологической экспертизе. Более того, сам проект Лесного кодекса надо отправить на экологическую экспертизу.

Участники Гражданских слушаний также обсудили проблему FLEG и лесной добровольной сертификации. FLEG − аббревиатура английских слов (Forest Law Enforcement and Governance), обозначающих политическую инициативу ряда стран по укреплению процессов правоприменения и управления лесом. Основанием для формулирования и инициирования движения FLEG стал значительный рост коррупции и криминала, связанного с проникновением в мировую лесную торговлю не легитимной древесины.

Виталий Липский из Конфедерации ЛПК Северо-Запада остановился на проблеме сертификации леса. Поскольку целью легальных и нелегальных рубок является экономическая заинтересованность, то необходимо установить факторы, которые смогут повлиять на действия нечестных лесопользователей. Это, в первую очередь, актуализация норм морали в бизнес-сообществе, а также влияние общественности на незаконных рубщиков. Сертификация леса выгодна для эколого-чувствительных организаций и не выгодна для компаний, торгующих на эколого-нечувствительных рынках. Россия более всего работает на эколого-нечувствительные рынки, поэтому не сертифицированная или криминальная древесина легко находит сбыт. При этом сертификацию может себе позволить только большая компания, поскольку это достаточно дорогое дело. Опять же все упирается в несовершенство законов. Сертификация леса предполагает контроль со стороны лесхозов и федеральной власти. Сама система контроля непрозрачна и неэффективна, нет закона, который говорит о том, что лесхозы должны сотрудничать с компаниями, которые добросовестно занимаются сертификацией леса. Так называемые «марки» можно наклеить на каждое бревно, включая вырубленное незаконно. Маркировка также не приводит к легальности. Необходимо иметь единую базу данных, которая позволит проследить путь «бревен», начиная от объемов древесины, вырубленной на определенной делянке. Оперативный контроль нелегальных рубок должен осуществлять сам лесхоз и специальные контролирующие органы. Конечное исполнение зависит от местных контролирующих органов и заинтересованных лесопользователей. Сертификация не гарантирует предотвращение нелегальных рубок, но она является своеобразным контролером контролирующих органов с аудиторскими проверками. Система сертификации на сегодняшний день не заинтересовывает лесопользователей экономически, но она выгодна крупным компаниям для создания имиджа, особенно при работе с зарубежными партнерами.

Это интересно:  Вырубка лесов как экологическая проблема на английском 2019 год

О пользе сертификации говорил и ведущий специалист «Илим-Палп Энтерпрайз» Геннадий Иванов. Предприятия «Илим-Палп» 80% продукции отправляют на экспорт и только 20% оставляют в России. Круглым лесом «Илим-Палп» не торгует, считает, что будущее за глубокой переработкой древесины. Естественно, что для этого необходима добровольная сертификация, как конкурентное преимущество. Большинство европейских стран представляют собой эколого-чувствительный рынок, а сертификация леса является у них государственной политикой. Во всех леспромхозах предприятий «Илим-Палп» прошли семинары по сертификации леса для сотрудников от руководящего звена до рабочих. Цена на сертифицированную продукцию может не повыситься, но именно сертифицированная продукция поможет лучше завоевывать новые рынки. Это и есть экологическая политика, которую необходимо распространять на других предприятиях лесной отрасли. Лес − это всеобщее достояние, поэтому только сообща, что называется, всем миром возможна борьба с незаконными рубками, и общественность должна играть в этих вопросах не последнюю роль.

Форма итоговых документов была выбрана самими участниками Гражданских слушаний. Было подготовлено следующие три документа.

  • Открытое письмо Президенту Российской Федерации В. В. Путину, в котором представлены позиции участников Гражданских слушаний по проблемам правоприменения и управления в лесном секторе. Участники слушаний поддержали участие России в процессе FLEG, поскольку это соответствует интересам страны.
  • Обращение к Международной министерской конференции «Переговорный процесс стран Северной Евразии по вопросам правоприменения, управления и торговли в лесном секторе», где предложены наиболее эффективные меры по введению запрета на торговлю незаконно заготовленным лесом и продуктами его переработки; по введению обязательной сертификации происхождения древесины; международному сотрудничеству таможенных служб и правоохранительных институтов.

Подчеркнута важность информирования общественности и ее участия в процессе реализации FLEG.

Обращение «К гражданам России!», в котором призывают граждан России требовать предоставления достоверной информации о масштабах лесозаготовок; активного сотрудничества в создании действенных механизмов общественного участия в управлении лесами; а также требовать права покупать и продавать древесину, происхождение которой известно и законно.

Обращения приняты участниками гражданских слушаний, проведенных 21−23 февраля 2005 г. в Санкт-Петербурге (Россия) по инициативе Всемирного Союза Охраны Природы (МСОП). Список участников, регламент и материалы слушаний можно найти на сайте Центра экспертиз ЭКОМ: www.ecom-info.spb.ru

СПРАВКА

Технология вовлечения граждан в принятие общенациональных решений под названием «гражданское жюри» была предложена некоммерческой американской организацией Джефферсон Центр в 1974 году. Гражданские жюри и гражданские конференции являются наилучшим инструментом для лиц, принимающих решения, с тем, чтобы услышать продуманное мнение и прямую речь граждан, не искаженные интерпретациями политиков. Официальные лица, присутствующие на Гражданских конференциях, получают возможность узнать, какой выбор делает и какую позицию занимает информированное население.

Гражданское жюри представляет собой репрезентативную группу граждан, которая собирается на несколько дней для тщательного изучения материалов по общественно значимой проблеме. Жюри обычно состоит из 18 человек. Они заслушивают мнения разных специалистов по рассматриваемому вопросу, получают всю необходимую информацию и вместе обдумывают решения. Свидетели (эксперты) обеспечивают членов жюри беспристрастной информацией. В последний день конференции члены жюри оглашают результаты перед общественностью в прессе и официальных источниках. На Гражданские конференции обычно приглашается большее количество участников (до 70 человек), которые также имеют возможность обсуждать проблему и пути ее решения между собой и высказывать свою позицию. Итогом Гражданской конференции обычно бывает голосование по заранее определенным вопросам.

Нужен совет как прекратить вырубку леса.

Нужен совет как прекратить вырубку леса.
В Волоколамском районе (д.Якшино) воспроизводственный уасток (даже охотиться нельзя) Сейчас идёт рубка . трелёвочныё трактор работает. В прошлом году фермера остановили с порубкой в другом месте (внаглую оформил как санитарную, и глухариныё ток даёт 1,5 км охранную зону). А здесь охотнадзор руки опустил, — против больших денег не попрёшь. Может кто что посоветует? Там ведомство Митволя, экологич. милиция, управление лесов и пр. ?

Попробуй в ФСБ, там есть куратор по этой области.

Растяжки» из Ф-1 по всему участку!
Можно противопехотные поставить в грунт!
Это шутка конечно же!

Собиритесь с мужиками в лесу припугните(с оружием конечно) тех кто рубит может и прокатить. Будут боятся работать.
Журналистов привлеките пусть с камерами появятся может и поможет.

Когда техника остается в лесу на выходные (при условии конечно, что рубки незаконны)то очень хорошо и действенно оказываются пули Полева — 3 засевшие в движках тракторов.

Вариант-пригласить Тритошу.Лучше не найти.

quote: Originally posted by Туранчокс:
Когда техника остается в лесу на выходные (при условии конечно, что рубки незаконны)то очень хорошо и действенно оказываются пули Полева — 3 засевшие в движках тракторов.

Думаю, врядли свинец пробьёт. Нужно нарезное.

Стальные пули для гладкоствола есть, «Удар», «Тандем», и еще всякие разные. Че был бы доволен. 😉

Блин, извините что встреваю в беседу про убойность пули Тандем для трелёвочника — у меня тоже вопрос:
Как можно насрать пидо. короче просто порубщикам, кторые убили здоровенную делянку, забрав лучшую древесину и превратив лес буквально в помойку, заваленную тонкомером, чурбаками, корьём. Часть леса просто кинули гнить.
Кого на этих господ можно натравить — ессно в рамках законодательства РФ?

quote: Originally posted by Туранчокс:
Когда техника остается в лесу на выходные (при условии конечно, что рубки незаконны)то очень хорошо и действенно оказываются пули Полева — 3 засевшие в движках тракторов.

Не надо вообще стрелять. Есть бензин, саляра и прочие более эффективные вещи.
Конечно если действительно не законная рубка.

Берёш арматуру 15 мм затачиваешь и вбиваешь в дорогу (шипованная дорога получается) если на дороге снег то можно штыри покрасить в белый цвет.Лесовозы сразу встанут.
А пока суть да дело прокоратура+телевидение очень хорошо получается .И журналистам на руку бучу понять рейтинги поправить и прокурор уже не отмажется.

Под Новосибиском есть Государственный биосферный заказник, «Кудряшовский бор», в котором по закону разрешена только санитарная рубка леса. На деле — беспредел в промышленных масштабах. Глухари, тетерева с токов разогнаны, копытные с дневок аналогично, а у лесничего местного зато один из самых «крутых» ктеджей в округе, видимо на зарплату постороенный. В этом деле такие деньги крутятся, чо никакие партизанские методы борьбы не прокатят. Когда в аквариуме начинает дохнуть рыба, надо полностью воду менять, а не больных рыбок вылавливать. ИМХО.
С уважением.

И вот пусть эту ветку гринписовцы почитают, которые считают охотников губителями зайчиков-белочек. Да никто так за природу не борется, как охотник!

«» Да никто так за природу не борется, как охотник! «»

А вот это уже ТЕМА для новой передачи!

Журналисты АУ! Где Вы!
Вот так всегда когда нужны их нет!

Ох, ребята. Я вот и журналист, и на почти что гринпис два года работал. Практика показывает одно — фермера за санитарку — одним движением, а вот против большой компании или предприятия не прет практически никто.
Самый лучший вариант — натравить конкурентов.

quote: Originally posted by Kadett:

Думаю, врядли свинец пробьёт. Нужно нарезное.

Пуля Гуаланди 20К из Сайги с 40 метров железную 200 литровую бочку(советскую) — насквозь.

quote: Originally posted by dikiy:

Пуля Гуаланди 20К из Сайги с 40 метров железную 200 литровую бочку(советскую) — насквозь.

А вообще то травите на это дело Митволя

quote: Originally posted by dikiy:

А вообще то травите на это дело Митволя

Митволь — предельно коммерциализированный крендель. Задешево на ттакие дела не подписывается.

А шкодить — вычислят, выловят и голову оторвут.
ТОЛЬКО РУКАМИ ВЛАСТИ!

Насчет того чт о стрелять из
своего оружия по техники забей и ни кого не
слушай тк тебе дорже выйдет
засудят тебя нах.
Пиши заявление в РУБОП ,РУБЭП,ФСБ
ИМ дешевле с делянки свалить чем на лапы стольким людям довать..
УДАЧИ

Пуля лучше всего — Блондо, ее партизаны хранцузские во времена WW2 специально для этого придумали Типа пошутил я.

То что было осенью — цветочки!
За зиму вырубки приняли МАССОВЫЙ характер с нарушением всех норм (консультировался у лесников). Звонил в ведомство Митволя, по их совету писал письмо в «Региональное управлене федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Центральному федеральному округу» Фадееву, — стали только быстрее вывозить. Масштабы : в квадрате 2х2 км три вырубки 300х500 метров . Все вдоль дорог (чтобы вывозить удобнее). В глубине леса ни одной, все якобы санитарные. Вот так-то.

НЕ совсем в тему, но. Попробуйте выяснить конечный
пункт, т.е. на что икуда идет древесина. Из практики;. Возили
на Англию торф, видно кому-то перешли дорогу, звонок или факс в ихнею сан.вет.службу! Пришли на причал 2 ботаника на европалетине
надыбали ленточку коры, под ней какую-то дохлую гусенечку! Больше
с этого торфянника никто и ничего не возит. НЕ ВЫГОДО!
Шрафы превышают любое разумное представление об наказании ни за что!

Да колхозникам жрать нечего, пусть рубят.

Какие колхозники! Вот в новостях нашёл:»В московской области нехватает лесорубов, приглашено более 700 лесорубов из стран СНГ. Так как финских лесорубов не устроили условия работы это число будет увеличено» (цитируу по памяти, нашел вчера). В общем там речь о жуке таксометре. Как с птичьим грипом устроили кампанию истерики, якобы они спасают леса от заразы и ещё и орден бы надо им и доплатить. Но там где вырубают — ЗДОРОВЫЙ ЛЕС! Иначе его бы надо сжигать на месте а не развозить по всему подмосковью на лесопилки, и рубить только хвойные а не ВСЁ ПОДЧИСТУЮ (хотя интересует вырубщиков конечно елка и сосна, но рубят и всё что рядом).
А колхозники бы в охотнадзор пошли,-лицензия на глухаря 500$, а на месте последней рубки был ток и гнездовье БЕСХОЗНОЕ. В прошлом году троих глухарей мне лайка там нашла, так я оставил на развод. Знал бы — бил бы всех подчистую!

Lopar. Эх блин брат по несчастью. Хочешь чесно! Бороться уже устали. Суки воруют лес в наглую. Рубят у дорог, а тока не тока все пох их тоже рубят нещадно. Раньше гати прокладывали, узкоколейки делали, вывозили из глубины так сказать. Теперь все пофигу.И писали мы и шумели и технику курочили ( да простите меня за такие подробности я уже выше писал про это). А все бесполезно, лесовозы как шли так и идут.
Счастливый. Какие нах колхозники)))) лес вывозится в финляндию.Когда мой один родственник в эту тему влез ( типо контору там открыл по этому делу и его дела пошли) мочконули его и все — деньги там крутяться хорошие и бесконтрольные. Колхозник себе телегу украл на дрова и рад, а тут нескончаемый поток лесовозов.

Полностью поддерживаю, у нас во Владимирской области тоже рубят нещадно, вся дичь исчезла из-за этих уродов, леса вырубают с пожарами не борются, лесничие ничего видят.

Наконец получил ответ из ведомства Фадеева на своё письмо (там излагалось где рубят под видом санитарных рубок и о нарушениях в максимальных размераз и проч. Упоминалось , что на вырубаемых участках есть , т.е были в прошлую зиму до рубок глухари, ток).
В ответе — можно в сборник анекдотов посылать какбы не грустно, -написано, что проверили с выездом на место(сейчас), тока глухариного не обнаружили (на вырубке?), так что всё законно и вырубки обоснованы. Классическая чиновничья отписка!
Можно посылать в «Нарочно не придумаешь». Интересно г. Фадеев из «Регионального управления федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Центральному федеральному округу» читает свои ответы и то, на что он отвечает?

А я слышал,что там где много рубят то там лосики хорошо себя чувствуют.

А я как раз люблю по птичкам, и лайка у меня по ним хорошо. А лосика ещё вытаскивать , шугаться егерей, ну его.

Волоколамский район ъславитсяъ распродажей с,х земель и вырубками леса. Недавно читала, что возбуждено около десятка дел по этому поводу. А в каком именно месте Вол р-на происходит то, о чем Вы пишете? У меня есть некоторые соображения на сей счет и некий успешный опыт борьбы в этом районе.

quote: Originally posted by Туранчокс:
Когда техника остается в лесу на выходные (при условии конечно, что рубки незаконны)то очень хорошо и действенно оказываются пули Полева — 3 засевшие в движках тракторов.

Не-а. Только Блондо. Проверено!

Законных способов борьбы нет (ибо законы только на бумаге существуют). Так что остаётся только способ регуляции поголовья кенгуру.

P.S. Для справки: кенгуру — двуногое, лишённое перьев.

У нас вроде с этим полегче в основном рубят такими делянками (бывают и больше что встречается редко)

после вырубки собирают в такие кучи

затем это все сушится от 6 до 12 месяцев и сжигается

гледиш черес 2-3 годика вся делянка засажена молодняком

Какие, кроме письма в Росприроднадзор, законные меры еще принимались?

quote: Originally posted by light1975:
Волоколамский район ъславитсяъ распродажей с,х земель и вырубками леса. Недавно читала, что возбуждено около десятка дел по этому поводу. А в каком именно месте Вол р-на происходит то, о чем Вы пишете? У меня есть некоторые соображения на сей счет и некий успешный опыт борьбы в этом районе.

Район деревни Якшино Судниковский сельский округ. Между Якшино и Бутаково

quote: Originally posted by RBV:

Какие, кроме письма в Росприроднадзор, законные меры еще принимались?

Звонки в охотхоз. (это их воспроизводственный участок), жалоба на использование дороги, принадлежащей СОТ. И если не врут, звонки из спецслужбы (после действительно приезжали покачать права на тему чья дорога, но всё равно всё вывезли. Кстати сейчас лето — так РУБЯТ, правда в меньшем масштабе, но с трел. трактором . вдоль дороги.

Как остановить незаконную вырубку леса в России?

Ирина Лагунина: Российские экологи просят правительство ужесточить недавно принятый Лесной кодекс: нелегальные вырубки лесов в России принимают угрожающие масштабы. Впрочем, само понятие «нелегальные вырубки» в России сейчас определить сложно. Рассказывает Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Реформа лесного сектора началась в России в 2000 году. Некоторые статьи нового Лесного кодекса начали действовать в 2007, а полностью он вступил в силу с 1 января этого года. Основной целью реформы является децентрализация управления лесами. На деле же получилось, что вот уже два года в России никто не несет никакой ответственности за незаконную вырубку лесов. Этим вовсю пользуются браконьеры. Представитель Международного социально-экологического союза в Бийске (это республика Алтай) Сергей Белоконь все это время обращается в местные органы власти и к общественности с просьбой остановить незаконные рубки, но пока у него ничего не выходит….

Сергей Белоконь: У нас получилось так, что с нового года, с 1 января леса Бийска остались без присмотра. Как потом понял, это общероссийская проблема, произошел перевод лесов пригородных в муниципалитеты. А в городах, по крайней мере, у нас в Бийске не создана структура, даже нет круглосуточного телефона, по которому можно было бы обратиться – лес рубят, жгут, еще что-то, мусорят. Если раньше было в лесхозе, техника, автомобили, связь оперативная, сразу же выезжают, арестовывают, передают в милицию, дальше суд. Сейчас вообще этого нет.

Любовь Чижова:А каковы масштабы незаконных вырубок леса?

Сергей Белоконь: Гигантские для нашего города. Плюс к тому уголовные дела, они не проходят, они не возбуждаются зачастую. Потому что как в милиции пояснили, нет собственника, якобы ничьи интересы не нарушены. У нас в суд, когда передавать надо, чьи-то права нарушены. У нас, на мой взгляд, коррупция такая, что под этим предлогом даже дела не возбуждаются. То есть ловят нарушителей, конфискуют, разбираются, протоколы составляют, как до милиции доходит – все. Я думаю, что и масштабная вседозволенность. Потому что те, которых ловят, они опять же появляются на этих делянках. Это с одной стороны. А с другой стороны, если с 1 января некому даже выписывать лесорубочные билеты законно, ведь надо, лес используется как-то, кому-то на дрова или деревообрабатывающему комбинату надо, то сейчас не выписываются. У лесников нет права, с ними договор не продлен с 1 января, а в городской структуре нет такого подразделения практически. Вроде бы вот-вот создана, опять же ни техники, ни связи, ничего у них нет.

Любовь Чижова: А какие деревья вырубаются?

Сергей Белоконь: В основном сосна, как обычно, варварским способом, ветки и хлысты оставляют, забирают самую ценную древесину.

Любовь Чижова: По вашим наблюдениям, кто занимается браконьерством?

Сергей Белоконь: Это для заработка, это бригады наркоманов, пьяниц и так далее, слоя такого населения, которым уже все равно. Но они крышуются милицией, именно теми, кто должен следить, контролировать, препятствовать. Мы обращаемся к власти, мы обращались год назад. И нам дума, например, которая обязана администрацию контролировать, раз в администрации не создана структура, то дума обладает единственным, исключительным и полномочным правом контроля администрации, она нам отвечает в лице заместителя думы Олега Гузеева, что либо вы анонимное письмо послали, а в этот год вы не написали слово «обращение».

Любовь Чижова: Мне удалось дозвониться до заместителя председателя Думы города Бийска Олега Гузеева, и он рассказал, что местная власть пытается сделать для спасения леса от незаконных рубок…

Олег Гузеев: Сейчас идет регистрация лесов. То есть землеустройство закончено, леса определены. Сейчас все делается для того, чтобы муниципалитет взял леса в собственность. Для этого идет перерегистрация лесов в собственность.

Любовь Чижова: Предусмотрена ли какая-то ответственность в местном законодательстве за незаконную вырубку деревьев?

Олег Гузеев: В местном мы не можем предусмотреть – это федеральное законодательство, это уголовный кодекс регулирует, насколько мне известно.

Любовь Чижова: Как вы оцениваете масштабы проблемы?

Олег Гузеев: Оцениваем как критические. Проблема действительно глобальная, она назрела, на мой взгляд, по всему Алтайскому краю актуальна, не только по Бийску. В Бийске да, действительно, такая проблема есть и стараемся решить ее, чтобы леса принадлежали действительно муниципалитету, муниципалитет мог ими распоряжаться для того, чтобы более плодотворно ими распоряжаться.

Любовь Чижова: Сколько времени может понадобиться для того, чтобы все это перешло в ведение муниципалитета?

Олег Гузеев: Это труднее сказать. У нас регистрация идет, но сколько процесс регистрации может занять, я вам не подскажу. Что касается земли, именно лесов, документы все приняты, администрация отчитывается, что тоже документы проработаны. То есть сейчас документы поданы в Алтайский край. У нас не местный уровень регистрацией занимается, а именно субъект федерации. И в соответствии с федеральным законодательством, сколько продлится регистрация, я вам не могу ответить на этот вопрос.

Любовь Чижова: Проблема нелегальной вырубки лесов актуальна не только для Алтая. Масштабное уничтожение деревьев наблюдается в Читинской области, Приморском и Хабаровском краях и в других российских регионах. Об этом мне рассказала руководитель Лесной программы WWF Елена Куликова. Она объяснила, для чего в России проводится лесная реформа, и обратила внимание на то, что в новом Лесном кодексе отсутствует даже определение незаконной вырубки леса…

Елена Куликова: Сутью реформы стало то, что произошла децентрализация в управлении лесами и были переданы полномочия по управлению лесами в регионы. Ну и еще целый ряд других компонентов имеет эта реформа. Я хотела бы остановиться все-таки на этих проблемах децентрализации и на новом Лесном кодексе.

Любовь Чижова: А для чего это было принято?

Елена Куликова: На самом деле реформа лесного сектора в России имеет благородные цели, которые озвучиваются, а именно стимулировать развитие лесного сектора, лесной промышленности и переработки российской древесины внутри России. Потому что долгие годы в течение полутора десятков лет Россия продавала свой ценный ресурс древесину как круглую необработанную древесину по чрезвычайно низким ценам, по смехотворно низким ценам. И кстати говоря, как часть лесной реформы была и реформа увеличения таможенных пошлин на круглый лес, вот этот очень дешевый круглый лес в сторону увеличения этих пошлин для того, чтобы стимулировать переработку круглой древесины внутри России.

Любовь Чижова: Незаконных вырубок лесов после принятия Лесного кодекса стало больше или меньше?

Елена Куликова: На самом деле проблема нелегальных лесозаготовок после принятия Лесного кодекса обострилась. Обострилась она потому, что, к сожалению, принято очень несовершенное новое лесное законодательство, новый кодекс не имеет никакой преемственности с предыдущим Лесным кодексом, это абсолютно новый документ и абсолютно новые нормативные акты под него были разработаны. И если мы возвращаемся к проблематике незаконных лесозаготовок, то, например, новый Лесной кодекс не содержит определение незаконная заготовка древесины или незаконная рубка. Он не прописывает никаких механизмов по предотвращению нелегальной заготовки леса. И в результате лесной реформы была упразднена лесная охрана, которая, собственно, была основным звеном, предотвращающим нелегальные заготовки леса. В десятки раз сократилось количество лесников, лесной охраны, которые каждый день бывали в лесу и имели возможность фиксировать вот эту незаконную рубку леса.

Любовь Чижова: Елена, а как это можно объяснить? Это просто недоработка тех людей, которые разрабатывали Лесной кодекс или это сделано намеренно?

Елена Куликова: Скорее всего, это недоработка разработчиков и это стремление в Лесном кодексе отразить только чисто лесные вопросы, а вопросы, например, связанные с нелегальной деятельностью в лесу, отнести к так называемому смежному законодательству, к уголовному кодексу и так далее. Но, к сожалению, до сих пор, два года как действует новый Лесной кодекс, в смежном законодательстве не появилось ни определения нелегальных лесозаготовок, ни механизмов борьбы с ними, ничего. И это вызывает в лесу просто настоящий разгул тех, кто хочет воспользоваться этой ситуацией несовершенства лесного законодательства.

Любовь Чижова: Может быть есть регионы, где с этим хуже всего обстоят дела, есть регионы, где все более-менее прилично?

Любовь Чижова: К сожалению, одновременно с изменением лесного законодательства еще и поменялись некоторые другие механизмы, которые не позволяют сейчас нам судить о размахе проблемы. Потому что сейчас нет централизованной доступной статистики лесопользования. Раньше, например, Всемирный фонд дикой природы проводил подсчет и у нас были цифры на руках, методика, по которой мы определяли объемы нелегальных лесозаготовок. Сейчас, к сожалению, мы не можем этого делать из-за отсутствия доступной статистики. Вместе с тем у нас есть сведения, естественно, о регионах, в которых эта проблема имеет очень большой размах и это прежде всего Дальний Восток, Приморский край, Хабаровский край, это Читинская область. И причем проблему очень больших объемов нелегальных заготовок в Читинской области признают и федеральные, и региональные власти. Вместе с тем, есть регионы, в которых этой проблеме уделяется очень большое внимание, создаются так называемые межведомственные комиссии по предотвращению нелегальной заготовки леса. И к числу таких регионов можно отнести некоторые европейские регионы, Архангельскую область, Вологодскую область, Кировскую область, Коми республики, некоторые регионы Сибири. В Красноярском крае очень давно существует такая межведомственная комиссия, даже представитель Всемирного фонда дикой природы входит в ее состав. Но вы знаете, какую мы тенденцию сейчас замечаем: поскольку функции перешли сейчас к регионам и они отвечают фактически отвечают за контроль за действиями в лесу, они стали меньше обнародовать фактов нелегальной деятельности, меньше цифр. То есть они не заинтересованы в открытом признании этой проблемы и в озвучивании цифр.

Любовь Чижова: Елена, у вас есть какие-то конкретные предложения по этой проблеме? Стоит ли вернуться к пересмотру Лесного кодекса и сделать так, чтобы незаконными вырубками занималась федеральная власть? Что делать в этой ситуации?

Елена Куликова: На самом деле мы сейчас работаем именно с органами федеральной власти, с Министерством сельского хозяйства, к которому теперь относится Россельхоз, федеральное агентство лесного хозяйства, и которое пригласило сообщество независимых организаций к работе по внесению поправок в современное лесное законодательство. В этой работе принимают участие Всемирный фонд дикой природы, Гринпис, Центр по охране дикой природы. Мы создали коалицию и совместно внесли свои предложения и в том числе предложения, которые касаются охраны лесов и предотвращения нелегальных лесозаготовок.

Любовь Чижова: Российские защитники природы просят правительство воссоздать упраздненную государственную лесную охрану, внести в Лесной кодекс статьи, предусматривающие ответственность за незаконные вырубки леса и дать определение нелегальной рубки. Экологи надеются, что их предложения будут рассмотрены уже в июне.

Как остановить массовое воровство российского леса для Китая

«По ту сторону границы – процветающий Китай, а по эту сторону, где рубят лес, избы разваливающиеся». Такими словами спикер СФ описывает ситуацию в Сибири, которая является основным поставщиком леса в Китай, но зарабатывают на этом бандиты. Как остановить незаконную вырубку леса и поможет ли в этом мораторий на торговлю с Китаем?

Заявление главы Минприроды Дмитрия Кобылкина о возможных ограничениях продажи российской древесины в Китай выглядит косвенным признанием системного кризиса в отечественном лесном хозяйстве. Несмотря на попытки декриминализации отрасли и ограничения на вывоз необработанной древесины, именно сырье с минимальной обработкой, отправляемое за границу в том числе по серым и черным схемам, на протяжении многих лет остается основным экспортным продуктом российского лесхоза.

«Эта ржавчина разъела всех»

«Если мы в ближайшее время не наведем порядок, со стороны в том числе Китая, мы закроем полностью экспорт в Китай древесины», – сообщил Дмитрий Кобылкин на минувшей неделе в ходе правительственного часа в Совете Федерации. Так он ответил на вопрос о мерах борьбы с «черными лесорубами». По словам главы Минприроды, эта идея возникла у него в ходе дискуссии с министром правительства Китая. «Лицо его изменилось настолько, что я не ожидал. Для них это тяжелая проблема», – добавил Кобылкин.

Наличие серьезных проблем в лесной отрасли признала и спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, не так давно посещавшая Забайкалье – один из ключевых регионов, экспортирующих лес в Китай. «Эта сфера настолько криминализованной и коррупциогенной стала, что уже эта ржавчина разъела всех. Я коллегам приводила пример – Забайкальский край. По ту сторону границы – процветающий Китай, с новыми домами, инфраструктурой, а по эту сторону, где рубят лес, избы наклоненные, разваливающиеся и люди живут в тяжелейших условиях», – заявила Матвиенко. Она предложила дать Дмитрию Кобылкину полгода на подготовку «программы жестких, серьезных мер».

Под пристальным вниманием сенаторов окажется и заместитель министра, руководитель Федерального агентства лесного хозяйства Иван Валентик. У него, по словам спикера Совета Федерации, «уже счетчик пошел, ему меньше осталось». Судя по всему, Матвиенко имела в виду июльский «разбор полетов», когда после возвращения из Забайкалья она посоветовала Валентику вместо отпуска «пройтись по лесным регионам».

Высокий уровень криминализации в российской лесной отрасли не является секретом, но точных количественных данных о том, каков масштаб проблемы, нет. Доля «черных лесорубов» оценивается экспертами в широком диапазоне от 0,8% до 40% от общего объема древесины, отмечал вице-премьер российского правительства Алексей Гордеев во время августовской встречи с президентом Союза лесопромышленников и лесоэкспортёров Мироном Тацюном.

Если исходить из данных природоохранных организаций, то ситуация в отрасли совершенно ужасающая. По оценкам Всемирного фонда дикой природы России и Всемирного банка, до 20% древесины, заготавливаемой в России, имеет незаконное происхождение. А долю «черных лесорубов» в экспорте дуба в Китай некоммерческая международная организация «Агентство экологических расследований» несколько лет назад определяла в 50–75%. Гигантский объем теневого сектора лесозаготовок признавал и предшественник Дмитрия Кобылкина во главе Минприроды Сергей Донской, покинувший пост министра в мае. По итогам 2014–2016 годов он оценивал совокупный ущерб от деятельности «черных лесорубов» в 30,8 млрд рублей – за этот период было зафиксировано в общей сложности 52,4 тысячи случаев незаконных рубок общим объемом в 4,1 млн кубометров древесины. Для сравнения: официальный объем экспорта российской необработанной древесины в 2016 году составил 20,7 млн кубометров, из которых 12,8 млн кубометров отправилось в Китай.

Тяжкое бремя монопсонии

КНР неизменно остается основным потребителем российской древесины и пиломатериалов на протяжении уже почти двух десятилетий. В прошлом году доля Китая в российском экспорте по группе товаров «Древесина и изделия из нее; древесный уголь» составляла почти 41%, второе и третье места с большим отставанием (по 5,8%) поделили Финляндия и Япония. С точки зрения экономической теории, такую ситуацию можно охарактеризовать понятием «монопсония» – рынок, на котором доминирует один покупатель. Особенно выраженный характер она имеет в сегменте необработанной древесины: здесь доля Китая в российском экспорте в прошлом году достигла почти 80%.

Первоначально Китай импортировал из России главным образом именно необработанное сырье – с 1995 до 2004 года объем вывоза леса-кругляка вырос почти в 50 раз, до 16,9 млн кубометров. В 2007 году тарифы на вывоз необработанной древесины из России выросли с 6,5% до 20%, а в 2008 году увеличились до 25%. Но объем экспорта необработанных лесоматериалов в Китай в последние несколько лет, по данным таможенной статистики, стабильно превышает миллиард долларов в год или порядка 30–40% в общем экспорте в КНР по группе товаров «Древесина и изделия из нее». В целом в 2013–2017 годах экспорт лесопромышленной продукции из России в Китай вырос примерно на 42%, с 2,23 до 3,16 млрд долларов, однако доля товаров с высокой добавленной стоимостью – фанеры, деревянной тары, инструментов и прочих изделий из древесины – неизменно микроскопична. В группе обработанных лесоматериалов основной статьей, экспортируемой из России в Китай, являются «лесоматериалы хвойные, распиленные или расколотые вдоль», то есть различные полуфабрикаты типа бруса, досок и т.д.

Впрочем, для Китая степень зависимости от России тоже достаточно высока – доля поставок РФ в китайском импорте леса оценивается примерно в 30%, а идущим следом США и Канаде принадлежит по 10%. Поэтому российские власти уже не раз предлагали китайцам инвестировать в восстановление леса на территории России. В апреле прошлого года Сергей Донской говорил, что азиатские инвесторы, работающие в Китае и Индонезии, могут вложить порядка миллиарда долларов в лесные плантации – площадки, где специально выращиваются древесные породы.

Популярное решение

Последняя инициатива руководителя российского Минприроды не слишком устроила Валентину Матвиенко. «Ответ не принимается, – прокомментировала она выступление Дмитрия Кобылкина. – Поверьте, ни Китай, никто нам не поможет, если мы у себя внутри не наведем порядок… Не навести порядок в стране на таможне, на границе, не запретить незаконный вывоз леса, незаконную вырубку – это расписаться в беспомощности».

Но у предложения ограничить экспорт российского леса в Китай среди законодателей сразу нашлись сторонники.

«Оно не просто реалистично – оно необходимо, – считает Михаил Щапов, депутат Госдумы от Иркутской области (в этом регионе фиксируется наибольший объем незаконных рубок леса). – Как минимум нужен полный запрет вывоза необработанного кругляка и древесины с низким уровнем обработки (пиловочной доски, например). Дмитрий Николаевич Кобылкин очень спокойно говорит о ситуации, тогда как она критическая. Мы один из крупнейших держателей такого ресурса, как древесина, и при этом не в состоянии им распорядиться. У нас забирают большую часть этого ресурса, оставляя нам копейки и экологические проблемы. Возможно, в такой ситуации действительно стоит пойти на жесткие меры, запретить вывоз, чтобы добиться передела этого рынка в свою пользу. Такое было в истории неоднократно. Здесь не стоит бояться отказа Китая от нашего леса. Мы, с одной стороны, и так получаем от него минимальный доход. С другой стороны, лес пойдет на внутренний рынок, начнет закрывать потребности нашей промышленности и наших граждан, что тоже является положительным эффектом. А пока я часто слышу от своих земляков, что купить нормальную доску на строительном рынке в Иркутске невозможно».

По словам Щапова, те экспортеры леса, которые занимаются вывозом кругляка и простейшего пиломатериала, конечно, понесут ущерб при ограничении экспорта, но следует учесть, что для общества и государства больший ущерб наносит сама их деятельность.

«Они почти не платят налоги, оставляют после себя замусоренный лес, горы опилок, что приводит к колоссальному экологическому ущербу и возникновению лесных пожаров, – отмечает депутат. – Экспорт необработанной древесины приносит огромные прибыли. Затраты минимальные, налоги, как правило, не платятся, производственный цикл очень быстрый, деньги оборачиваются быстрее, чем при глубокой переработке. Получил участок леса, нанял бригаду, напилил несколько вагонов или составов, быстро продал, получил прибыль, тут же ее вложил в новую лесосеку. Не нужны инвестиции в производство, в обучение сотрудников и т.д.».

Решение о приостановке экспорта леса из России в Китай теоретически возможно, хотя обе стороны постараются не доводить ситуацию до таких последствий, и, скорее всего, какое-то компромиссное соглашение будет достигнуто, полагает российский китаист Георгий Кочешков. По его мнению, ограничение экспорта возможно в двух вариантах. Мягкий – приостановка экспорта только необработанной древесины.

«В таком случае последствия будут не очень значительными, так как примерно две трети экспорта нашей древесины в Китай составляют лесоматериалы минимальной обработки и только треть – совсем не обработанная. Фактически это будет мера, больше рассчитанная на общественное мнение внутри России», – полагает эксперт. Если же будет принят жесткий вариант – приостановка всего экспорта древесины, включая минимально обработанные лесоматериалы, то в краткосрочной перспективе он будет неприятен для обеих сторон. Причем для Китая, возможно, даже более невыгоден, так как КНР находится под торговым давлением США из-за торговой войны.

Слепое управление

Заявление Дмитрия Кобылкина больше похоже на эмоции – объем экспорта российской необработанной древесины в Китай таков, что в случае запрета его невозможно быстро переориентировать на другие страны или отправить на переработку, отмечает управляющий партнер компании «ФОК (Финансовый и организационный консалтинг)» Моисей Фурщик. Но в любом случае, добавляет он, в указанном министром направлении нужно двигаться, просто делать это постепенно. «Российская деревообрабатывающая промышленность нуждается в модернизации, чтобы повысить ее эффективность и конкурентоспособность; кроме того, требуется увеличение мощностей переработки. Но пока экономические стимулы недостаточно сильны, чтобы предприятия пошли на такие инвестиции. Кроме того, Китай неформально защищает своих переработчиков, создавая препятствия для поставок готовой продукции», – рассуждает эксперт.

Сегодня, полагает Михаил Щапов, нужно сосредоточиться на максимальной налоговой отдаче от лесной отрасли, а полученные средства уже направлять на восстановление лесосеки. «У нас микроскопическая налоговая отдача: десятки компаний показывают нулевые налоги при том, что пилят и вывозят лес, не платят ни налог на прибыль, ни НДФЛ, – характеризует ситуацию в отрасли депутат Госдумы. – Такое ощущение, что у них деревья сами запрыгивают в составы и уезжают, ведь если нет НДФЛ, то нет и сотрудников, которые работают на заготовке. Сотни компаний показывают налоговую отдачу меньше 50 рублей с кубометра, тогда как на рынке куб необработанного леса стоит от 3 тысяч рублей и выше. Это исчезающе малая нагрузка на отрасль».

Сегодня эту проблему, добавляет Щапов, как-то пытаются решить власти регионов. Но в реальности требуется скоординированная федеральная политика: «Лесоустройство в стране последние 15–20 лет проводилось из рук вон плохо – на него федеральный центр просто не выделял денег. В результате в моей Иркутской области, например, в большинстве лесничеств материалы по лесоустройству давно неактуальны – им по десять и более лет. То есть управление лесами ведется вслепую. А если мы не знаем, чего и сколько у нас есть, то как понять, сколько украли?»

Последнюю проблему правительство намерено решать с помощью внедрения в лесное хозяйство системы ЕГАИС, хорошо зарекомендовавшей себя в алкогольной отрасли, также некогда известной высочайшим уровнем криминализации. Правоотношения с участием предприятий в части сделки с древесиной на стадии вывоза из леса в настоящее время подлежат обязательному учету в системе «ЕГАИС Лес». Однако, как не раз выяснялось в ходе мониторингов ОНФ, в значительной части случаев при проведении контрольных закупок данные о древесине и пиломатериалах в системе полностью отсутствовали.

«Скорее всего, это связано с коррупцией – есть же конкретные чиновники, которые должны добиваться внесения данных в систему, – предполагает Михаил Щапов. – Но есть и другой фактор. ЕГАИС хорошо работает, когда есть производство. Например, в алкогольной отрасли есть завод и его сложно скрыть от проверяющих органов. А как вы найдете бригаду лесорубов в лесу? Пока вы их ищете, определяете местоположение, высылаете туда проверяющих, потом правоохранительные органы, они просто перебираются на другую деляну. Поэтому и нужно прекратить вывоз кругляка и стимулировать производство, потому что как только весь лес пойдет на переработку, то как минимум усилится контроль за потоком древесины».

Статья написана по материалам сайтов: guns.allzip.org, www.svoboda.org, www.discred.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector