+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Статистика вырубки леса в России

Ежегодно Россия теряет миллионы гектаров леса.

Варварское отношение к лесам привело к истощению уже освоенных лесных территорий. Легальные и нелегальные лесорубы забираются вглубь нетронутых лесов, которые играют важную роль в сохранении климата и разнообразия животного мира.

Ценные породы везут на экспорт, а деревообрабатывающие производства в стране развиваются плохо из-за нестабильности законодательства. При этом борьба с нелегальными рубками ведется вяло. Проблему признают и в руководстве страны, но предпринимаемые меры, по оценкам экспертов, неэффективны.

Масштабы проблемы

Пятая часть мирового леса приходится на территорию России, почти 70% площади которой составляют земли лесного фонда — 1,18 млрд га. Из них, по данным Минприроды, 770 млн га покрыто растительностью.

Ежегодно на законных основаниях вы р у бается сплошным методом около 1 млн га леса. Кроме этого, по оценкам экспертов, еще около 40% официального объема вырубают нелегально. Значительно больше леса гибнет в пожарах: в 2018 году сгорело 3,2 млн га, а в 2017-м — 1,4 млн. Часть лесов теряется из-за добычи полезных ископаемых, строительства инфраструктуры, вредителей. В 2017 году болезнями и вредными насекомыми было повреждено 4,8 млн га леса.

Таким образом, общая потеря лесов (не считая поврежденных) в 2018 году могла составить около 4,6 млн га. В 2017 году специалисты Всемирного фонда дикой природы (WWF) оценивали общие потери в 2,4–3,5 млн га.

Восстанавливается, по официальным данным, около 1 млн га, однако, по мнению экспертов, значительная часть новых посадок погибает из-за отсутствия должного ухода. При этом общая площадь необходимого лесовосстановления в России — это вырубки, сгоревшие и погибшие леса, которые требуют восстановления, — на 1 января 2018 года составила 32,7 млн га.

Есть и обратный процесс — зарастание лесом пустых территорий. По словам Алексея Ярошенко, руководителя лесного отдела российского отделения «Гринпис», сельское хозяйство на протяжении последних десятилетий умирало быстрее лесного, и с одной стороны, заброшенные земли в значительной мере зарастали лесом. Также леса понемногу отвоевывают себе участки тундры и высокогорий.

Примечательно, что во многих случаях зарастающие земли не имеют статуса леса, и по-прежнему считаются сельхозугодьями. Причем, согласно закону, владельцы этих угодий обязаны, под угрозой штрафов и изъятия земель, не позволять им зарастать лесом, что «вынуждает собственников его уничтожать, чаще всего самым простым и дешёвым способом — выжиганием, что служит одной из основных причин пожаров на природных территориях России», говорится в совместном заявлении WWF и «Гринпис».

При этом леса также деградируют качественно, говорит Ярошенко. «Огромные площади ценных хвойных и широколиственных лесов в результате десятилетий бесхозяйственного к ним отношения сменились березняками и осинниками, или вовсе пустошами и гарями», — утверждает Ярошенко.

Точно оценить изменения количества и качества лесов затруднительно в связи с отсутствием открытой исчерпывающей статистики и из-за несоответствия данных различных ведомств. Например, расхождение подсчетов Государственного лесного реестра и ЕГРН о площадях земель лесного фонда, по данным Счетной палаты, соста вляет 257 млн га. Кроме этого, отличаются официальные данные от оценок экологов и общественников.

Нетронутые леса сокращаются

Сегодня основная проблема отрасли в том, что освоенные леса, расположенные близко к промышленным центрам и магистралям, истощены. Лесорубы — и легальные и нелегальные — забираются все дальше вглубь малонарушенных лесных массивов. Между тем именно дикие первозданные леса критически важны для сохранения животного мира и поддержания климата.

Это интересно:  Вырубка леса на землях промышленности

В России, наряду с Канадой и Бразилией, расположены самые крупные массивы нетронутых лесов. По данным «Гринпис», с 2000 по 2013 год Россия потеряла 6,5%, или 17,8 млн га дикого леса. Однако в последующие три года первозданные леса в РФ стали исчезать почти вдвое быстрее, отмечают в организации, что является самым стремительным показателем исчезновения лесов в мире.

По данным WWF на 2013 год, в России сохранилось 255 млн гектаров малонарушенных лесных территорий — на тот момент около 20% всех российских лесов, и эта цифра с 2000 года сократилась на 21 млн га. В статистике Минприроды нет такой категории, но есть «ценные леса», которые, по данным на 1 января 2017 года составили 243 млн га. Ежегодно малонарушенные леса сокращаются на 1,36 млн га, сообщала в 2017 году международная организация «Лесной попечительский совет» со ссылкой на «Гринпис».

Объемы вырубки растут

Ежегодно сплошные рубки сокращают лес на 1 млн га, и цифра будет расти из-за увеличения объемов заготовки древесины, которое обусловлено ростом лесных площадей, изымаемых для нужд недропользователей, заявил руководитель Рослесхоза Иван Валентик в интервью ТАСС. В 2016 году был побит 20-летний рекорд по официальной вырубки леса — 213,8 млн куб. м. В 2018 году этот показатель вырос до 233,8 млн куб. м.

По сравнению с этими цифрами объемы нелегальных рубок, согласно официальным оценкам, не так велики — не боле е 0,8% легального объема. Однако, экологи и общественники говорят, что масштабы нелегальных рубок значительно больше — до 40% общего объема лесозаготовки.

«По некоторым, особо коммерчески ценным породам (например, дуб монгольский и ясень маньчжурский) объем нелегальной заготовки составляет до половины легального объема», — утверждает Николай Шматков, директор Лесной программы WWF России. При этом, по его данным, на долю «черных» лесорубов, то есть тех, у кого нет разрешений, приходится едва ли больше 10-15% от общего объема древесины незаконного происхождения. Дело в том, что большинство незаконных рубок проводят легальные участники лесного рынка, манипулируя документами и действуя в обход законов, утверждает он.

Общественный деятель Павел Пашков в рамках своего проекта по защите лесов «Русская тайга» в 2018 году объехал большую часть страны, проверяя сообщения о массовых вырубках. Вот что он пишет по итогам поездки в Сибирь: «…мы специально пролетели над всей Сибирью, и скажу вам, что лесов у нас осталось совсем немного! Пролетая над Западной Сибирью — одни болота. Восточная Сибирь — сплошные вырубки».

Куда увозят русский лес

«По результатам проверки сибирских регионов могу точно сказать, что практически весь лесной бизнес принадлежит КНР», — сделал вывод из своей экспедиции в Сибирь Павел Пашков. Он собрал сведения о крупнейших лесозаготовительных предприятиях региона. По его словам, даже в тех компаниях по деревозаготовкам, которые считаются российскими, большинство акций принадлежит китайским бизнесменам. По его данным, в России официально работают 564 китайских лесопилок. В некоторых регионах местное население даже проводит митинги против деятельности китайцев.

По данным ФТС, главным покупателем российских лесных необработанных материалов является Китай: на его долю пришлось больше половины экспорта и свыше 22% всего вырубленного в 2018 году леса. Остальная часть, по всей видимости, ушла на внутреннее потребление и экспорт в другие страны (детальной статистики по распределению вырубленных лесов нет).

И это только официальные данные. Поскольку нелегальными вырубками зачастую занимаются легальные компании, объемы нелегального экспорта оценить невозможно. По словам общественников, нелегально срубленный лес также поступает в Китай, однако неясно, попадает ли он в статистику ФТС.

О проблеме знают на высшем уровне. Министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин даже заявил , что для решения проблемы, возможно, придется закрыть экспорт древесины в Китай. Также он выдвинул идею строить семеноводческие комплексы для выращивания саженцев на деньги китайских инвесторов, чтобы они участвовали в восстановлении лесов в России.

Это интересно:  Новый закон о вырубке леса

«Ни Китай, никто нам не поможет, если мы у себя внутри не наведем порядок. Эта сфера настолько криминализована и коррупциогенной стала, что эта ржавчина уже разъела всех», — ответила Кобылкину спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко.

Павел Пашков и крупные экологические организации согласны, что проблема не в китайских предпринимателях. «Многие пишут, мол, проблема в Китае. Это не так. Китайцы лишь покупают наш лес. Сама проблема уничтожения русской тайги в том, что, по сути, в современной России нет реального контроля за лесной отраслью и лесным хозяйством в целом», — считает Пашков.

«Ситуация критичная, но проблема не в том, что леса вообще рубят, а в том, как и где рубят, и что с ними делают, кроме того, что рубят», — говорит Алексей Ярошенко.

Почему леса не восстанавливают

Деградация лесов, по словам экологов, связана с тем, что в России сложилась система «добычи» древесины по примеру добычи полезных ископаемых — вырубили, вывезли и забыли. Для эффективного лесопользования важно развивать лесное хозяйство как отрасль растениеводства, целью которой является выращивание древесины на освоенных землях, в регионах с подходящим для этого климатом, считают эксперты.

«Лесное хозяйство, разумеется, стоит дороже, чем простая добыча древесины, поскольку подразумевает не только рубку и примитивное низкокачественное лесовосстановление (которое у нас обычно есть), но и последующий качественный уход за лесами (которого у нас обычно нет), и надежную охрану от пожаров, и защиту от вредителей и болезней, — говорит Алексей Ярошенко. — Зато лесное хозяйство позволяет пользоваться лесом неограниченно долго без его истощения, и дает в условиях таежной зоны в 2,5 — 3 раза больше рабочих мест в расчете на единицу площади лесов».

Ежегодно в России, по официальным данным, восстановление лесов ведется на площади 0,8–1 млн га, что сопоставимо с площадью сплошных рубок. Но это в 3-3,5 раза меньше, чем площади общих потерь лесного покрова (с учетом пожаров и других потерь), оценили в WWF в 2018 году. При этом по данным Росстата, в 2018 году проведено восстановление леса на 940,4 тыс. га, из них только на 171,8 тыс. га — искусственное. Это значит, что на большей части вырубок использовали метод «самозасева», то есть создали условия для того, чтобы лес вырос сам — а вырос или нет, уже не отслеживается.

С 1 января 2019 года лесопользователей обязали восстанавливать лес в течение года после рубок за свой счет. Однако экологи говорят, что необходимо не просто посадить лес, но и ухаживать за ним.

За хвойной древесиной, которая в первую очередь нужна перерабатывающим предприятиям и экспортерам, лесозаготовителям приходится забираться все дальше вглубь дикой тайги или всеми правдами и неправдами рубить леса самой высокой природоохранной и социальной ценности.

«Посадка лесных культур сама по себе не может являться гарантией восстановления леса хозяйственно ценными породами в нормативные сроки», — соглашается Николай Шматков. По его словам, основная причина гибели новых посадок — в невыполнении в полном объеме рубок ухода в лесных молодняках — осветлений и прочисток, предусмотренных лесоустройством.

«Чтобы вести лесное хозяйство, нужны разумные и стабильные законы и некоторые другие меры государственной поддержки. А у нас в один только Лесной кодекс 2006 года только что внесен уже 47-й набор поправок, — говорит Алексей Ярошенко. — Про разумность наших лесных законов и правил говорить можно разве что шутя».

Это интересно:  Квота на вырубку леса

По словам Ярошенко, нормально планировать работу лесных предприятий на сколько-нибудь длительный срок невозможно: никто не знает, какими будут правила игры через один-два года. «В таких условиях мало кто готов вкладывать силы и средства во что-нибудь долгосрочное, например, в реальное воспроизводство и выращивание хозяйственно ценных лесов», — говорит он.

Воров ловить некому

Поймать за руку легальных лесорубов, которые под прикрытием санитарных рубок (направленных на оздоровление и предотвращение заболеваний насаждений) добывают коммерческую древесину, действительно, достаточно сложно. (Санитарные рубки бывают сплошными и выборочными.) Но и с «черными» лесорубами государству никак не справиться.

Денис Шубин, председатель Общественного совета при Министерстве природных ресурсов и экологии Алтайского края, рассказал Eurasianet.org, что в его регионе арендаторы лесных земель не ведут сплошных рубок, но проблема незаконных рубок действительно существует. Бороться с ними не получается из-за ряда действующих ограничений.

Во-первых, говорит Шубин, арендатор не имеет права даже остановить автомобиль с незаконным лесом. А в региональном Минприроды недостаточное количество инспекторов, они физически не успевают отслеживать все незаконные рубки. Во-вторых, существует проблема недостаточного финансирования, говорит он. «В первую очередь это сказывается на [недостаточном] количестве выделяемых ГСМ, — говорит он. — Даже имеющийся штат работников не может патрулировать места с необходимой регулярностью».

Нелегальные рубки — это в том числе следствие закрытости информации по лесам (декларации лесопользователей закрыты от общественности), что делает невозможным общественный контроль, считает Николай Шматков. А государственный контроль недостаточен из-за нехватки кадров и низкого материально-технического обеспечения.

Лесной бизнес не уверен в будущем

Россия является мировым лидером по экспорту круглого леса (15% мирового рынка), но не по продукции глубокой деревообработки (лишь 3-6% рынка по древесным материалам, бумаге и прочему), говорится в данных Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН за 2017 год (более свежие данные отсутствуют). Также высока доля экспорта пиломатериалов, самого поверхностного вида деревообработки — 19% мирового рынка, второе место после Канады.

Правительство ставит задачу развивать переработку внутри страны, но, по словам экспертов, не создает для этого условия. В первую очередь — понятные и стабильные правила игры на этом рынке. «Лесные компании не чувствуют уверенности в завтрашнем дне, — говорит Денис Шубин. — Добропорядочные арендаторы, вкладывающие деньги в развитие производства, в один день могут всего лишиться». Бизнесмены не хотят вкладываться в рискованное дело, т.к. законодательство никак не оберегает их от этих рисков.

Эксперты говорят о том, что Минприроды и правительство годами не могут принять критически важные для экологии законы. Между тем правительство находит время разрабатывать, а депутаты — принимать законы, которые ставят под угрозу малонарушенные и особо ценные леса России.

Например, последние поправки в Лесной Кодекс, принятые в декабре 2018 года, разрушают систему защитных лесов , считают в WWF. По оценке организации, вместо усиления охраны и повышения статуса защитных лесов закон фактически ликвидирует одну из категорий — нерестоохранные полосы, а также отменяет запрет на проведение сплошных рубок в лесах, расположенных в водоохранных зонах.

Под угрозой, по оценке «Гринпис», окажутся 50 млн га защитного леса, или пятая их часть.

Статья написана по материалам сайтов: .

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector